ПОСЛЕДНЕЕ
Тайны трёх жен Михаила Булгакова: «первая», «забытая», «знаменитая»

Тайны трёх жен Михаила Булгакова: «первая», «забытая», «знаменитая»

Татьяна спасла писателя от наркозависимости, Любовь повлияла на создание «Бега», Елена стала музой

В библиотеке-читальне имени Тургенева состоялась лекция, посвящённая трём женам Михаила Булгакова. Каждая из них оставила неизгладимый след в жизни писателя, и каждая была интересной и яркой личностью. Свой рассказ сотрудник музея Булгакова и главный хранитель Фонда писателя Елена Алёхина начала с фотографии трёх жён писателя. Алёхина называет спутниц автора «Мастера и Маргариты»: «Первая жена, забытая жена и знаменитая жена».

Фото: ru.wikipedia.org

Первая — Татьяна Николаевна, урождённая Лаппа. Вот она на фотографии ещё в гимназические годы. Девушка из хорошей дворянской семьи, Тася, так её называли близкие, родилась в Саратове, где окончила гимназию. С Булгаковым же она познакомилась в Киеве, когда первый раз приехала в город к своей тёте Софье Викторовне Давидович.

— Софья Викторовна очень хотела, чтобы кто-то показал Тасе город, — говорит Елена Алёхина. — Она дружила с матерью Булгакова Варварой Михайловной, и ей выпало показывать город Мише. Началась любовь.

Впрочем, мать будущего писателя, хоть и хорошо относилась к Татьяне, была против этого брака. Она считала, что сначала мальчик должен окончить университет, получить специальность и встать на ноги, а потом можно и жениться. Но Булгаков категорически настаивал на своём. До венчания Тася забеременела и сделала аборт. Впоследствии она говорила, что никогда не хотела иметь ребёнка. У Булгакова так никогда и не было своих детей.

В апреле 1913 года Булгаков и Тася обвенчались. Вот на экране появляется фото дома в Киеве, в котором они жили, по адресу Андреевский спуск, 13. Сейчас там музей Булгакова. Михаил Афанасьевич этот дом очень любил, описав его в романе «Белая гвардия» и пьесе «Дни Турбиных». Первый год молодожёнов прошёл в розовом цвете, а дальше началась Первая мировая война. Булгаков, студент медицинского факультета Киевского императорского университета святого Владимира, сразу же стал работать вместе с женой – он братом милосердия, а она сестрой милосердия в эвакуационном госпитале, патронессой которого была мама Татьяны Николаевны. Вскоре госпиталь перевели ближе к линии фронта, и Булгаков оказался на Юго-западном фронте военным врачом. Татьяна ему ассистировала. Интересно, что все три жены Булгакова в годы Первой мировой были сёстрами милосердия.

Дважды Тася спасла его от смерти. Первый раз от наркозависимости. Своё состояние в тот момент Булгаков описал в автобиографическом рассказе «Морфий». Однако, если герой рассказа доктор Поляков скончался от передозировки морфия, то морфинист Булгаков выжил. Ему пришлось принять первую дозу морфия не по своей воле, но после неё понеслось. Наркозависимость заставила Булгакова написать заявление об отчислении и в самом начале 1918 года он проездом через Москву вернулся в Киев. Именно там Татьяна Николаевна вытаскивала его из состояния морфинизма.

— Чего только Татьяна не делала: грозила уйти, грозила самоубийством, — рассказывает Елена Алёхина. — В конечном итоге каким-то очень хитрым образом совместными усилиями Татьяны, самого Булгакова и его дяди профессора Николая Покровского удалось вытащить Булгакова из этого состояния наркозависимости. Николай Покровский поставлял Булгакову через Татьяну ампулы с морфием, в которых всё больше была доза воды. Таким образом доза постепенно снижалась, и Булгаков прекратил зависеть от наркотика.

Между тем власть в Киеве сменялась с катастрофической быстротой: Скоропадский, белые, Петлюра, красные. Булгаков получил назначение на Кавказ в Белую армию, где служил половину 1919-го и часть 1920 года военным врачом. Прослужил он недолго и очень быстро схватил тиф. В это время белые отступали с Северного Кавказа под натиском большевиков. Алехина отмечает, что Булгаков находился в бредовом состоянии, с температурой под сорок два, но Татьяна всё равно собиралась с ним ехать. Однако коллега Булгакова, другой военный врач, сказал ей, что «если, мадам, вы хотите, чтобы ваш муж через десять вёрст умер, тогда поехали». Татьяна осталась с мужем во Владикавказе и никуда его не повезла. Выходила его из этого тифозного состояния. Так она его второй раз спасла.

— Впоследствии Татьяна Николаевна с очень большой обидой говорила Леониду Паршину, что Булгаков назвал её однажды слабой женщиной именно за то, что она не смогла увезти его в Батум и он не ушёл в эмиграцию, — говорит Елена Алёхина. — Конечно, ей было безумно обидно.

Первая супруга Булгакова во многом помогала ему перенести голод и холод начала 1920-х, когда они жили в первой московской квартире писателя на Большой Садовой, 10. Спасались как могли. Выручила золотая цепочка, которую родители Таси подарили ей на свадьбу. Как выражалась Тася, «цепочку съели». Татьяна Николаевна откусывала от этой золотой цепочки сколько-то звеньев, несла в скупку и на эти деньги довольно долго жили.

— Новый 1924 год они встречали в гостях и гадали на воске, — продолжает Елена Алёхина. — Татьяна рассказывала, что Мише всё выпадало счастье, а ей пустые кольца. Она расценила это как развод. Сказала об этом мужу. Он стал её разубеждать: «Нет, нет, что ты! Всё хорошо!». Однако Татьяна вспоминала: «Я знала, что у него уже была другая, эта». Имени «этой» она не называет. На самом деле этой другой ещё не было. Но Татьяна, видимо, чувствовала, что отношение к ней мужа куда-то уходит.

В 1924 году они разошлись, но какое-то время Булгаков помогал ей материально. А когда в 1925 году Булгаков с радостью принёс Татьяне начало своего романа «Белая гвардия», опубликованного в журнале «Россия», и она увидела, что роман посвящен другой женщине – Любови Белозерской, то впала в бешенство и изорвала этот журнал.

Тем не менее Булгаков не забыл Тасю, которая после развода с ним ещё дважды выходила замуж. Сначала за врача Александра Крешкова. Вместе с ним она уехала в Сибирь. О смерти Булгакова Татьяна Николаевна узнала из газет. Уже после похорон она приехала в Москву, где встретилась с вдовой Булгакова Еленой Сергеевной и его сёстрами. Все ей рассказали, что перед смертью Михаил Афанасьевич её звал и очень хотел, чтобы она приехала.

— Когда она вернулась в Сибирь, то узнала, что Александр Крешков уничтожил всё, что у неё было булгаковское: фотографии, письма, документы. Татьяна Николаевна уже пятнадцать лет не была женою Булгакова, а ревность, видимо, сидела.

Татьяна Николаевна умерла в 1982 году в возрасте девяноста лет. Незадолго до смерти она успела наговорить свои воспоминания московскому булгаковеду Леониду Паршину. Они стали ценнейшим источником о Булгакове. Долгожительницей оказалась и вторая жена писателя – Любовь Белозерская.

Булгаков познакомился с ней в начале 1924 года на вечере, который московские писатели устроили в честь приезда Алексея Николаевича Толстого из эмиграции. Из эмиграции вернулась и Белозерская, которая к тому моменту уже рассталась со своим первым мужем, фельетонистом Ильёй Василевским.

Любовь Евгеньевна приехала из-за границы модно одетая. А Булгаков был в довольно странном виде, как Белозерская его описывает: «Он был в поддевке без пояса и на нём были лаковые ботинки – чёрное с жёлтым». Белозерская назвала их цыплячьими. Булгаков очень обиделся и сказал, что «если бы надушенная дама, только что приехавшая из-за границы, знала, с каким трудом мне достались эти ботинки, она бы так о них не отзывалась».

На основе рассказов Белозерской об эмигрантской жизни, как считает Алёхина, Булгаков написал свою пьесу «Бег». Например, вспомним сцену, когда генерал Чернота, взбесившись от завываний муэдзина, призывавшего правоверных на молитву, выхватывает револьвер и стреляет в воздух с воплями: «Проклятый город!» – похожую реакцию Белозерская наблюдала у Василевского, ненавидевшего Константинополь. Кроме того, Белозерская указывает, что именно мемуары генерала Якова Александровича Слащева явились базой для этой пьесы, и Слащёв стал прообразом генерала Хлудова.

— Белозерская знала верхушку Красной Армии, — говорит Елена Алёхина. — Она была женщиной очень спортивной: ходила на лыжах, занималась верховой ездой, окончила водительские курсы. Женина-водитель в Москве в те годы — это был нонсенс.

Любови Евгеньевне посвящены роман «Белая гвардия», пьеса «Кабала святош» («Мольер»), «Бег» и ещё несколько произведений. Алёхина отмечает, что именно на годы жизни с Белозерской приходится расцвет булгаковского творчества. В середине 1920-х выходят «Дьяволиада», повесть «Роковые яйца», публикуется, правда не полностью, роман «Белая гвардия». Булгаков по заказу Художественного театра делает инсценировку романа, и рождается пьеса «Дни Турбиных». В отличие от первой жены Булгакова, Белозерская участвует в его литературной работе. Любовь Евгеньевна, прекрасно знавшая французский язык, помогала ему работать над «Мольером», отчитывая в библиотеке франкоязычные источники, делая конспекты.

Наконец, Белозерская была свидетельницей телефонного разговора Булгакова со Сталиным в 1930 году. Годом ранее, в 1929 году, одномоментно запрещаются все булгаковские произведения. Его изгоняют из МХАТа, где он был ассистентом режиссёра.

— Жестом совершеннейшего отчаяния было его письмо советскому правительству. Результатом этого письма был звонок Сталина Булгакову в квартиру на Большой Пироговской, 35А, где тоже жил писатель, — рассказывает Елена Алёхина. — Звонок был 18 апреля, на следующий день после похорон Маяковского, на которых был Булгаков. Раздался звонок, Белозерская взяла трубку, и мужской голос сказал: «Сейчас с вами будет разговаривать товарищ Сталин». Она передала эту информацию Булгакову, а тот сделал вид, что его это не касается, потому что решил, что это розыгрыш. Через несколько минут снова раздаётся звонок. Булгаков, как ошпаренный подбегает к телефону, хватает трубку и действительно слышит голос Сталина. Он посоветовал Булгакову устроиться во МХАТ. Булгаков ответил, что он ходил, но его там не приняли. Тогда Сталин посоветовал ему сходить ещё раз и выразил надежду, что его там примут. На следующий день Булгакова на руках внесли в Художественный театр. Он был восстановлен в должности ассистента режиссёра и проработал в этом театре до конца 1936 года.

Любовь Евгеньевна слушала этот разговор по отводной трубке. Она записала его в своих воспоминаниях до запятой. Пересказал Булгаков беседу с вождём и своей третьей жене Елене Сергеевне, на которой женился буквально через два дня после развода с Белозерской.

Любовь Белозерская больше никогда не выходила замуж, детей у неё не было. Она работала в издательстве «Художественная литература», «Советская энциклопедия», в редакции «Литературной газеты». Она редактировала собрание сочинений Викентия Вересаева. До 1956 года Любовь Евгеньевна работала при академике Тарле. Она прожила до 92 лет. Вот её фотография в доме на Пироговке за несколько лет до смерти. Именно в этот дом в 1932 году Булгаков привёл Елену Сергеевну.

— Каким образом они жили месяца два-три втроём, я сказать не могу, – рассуждает Елена Алёхина. – В конечном итоге в этом доме Булгаков снял для Белозерской другую квартиру. Её отремонтировали, сначала Булгаков её оплачивал. В этой однокомнатной квартире на Пироговке, 35, Любовь Евгеньевна прожила до конца своих дней. Скончалась она в 1987 году.

И для Булгакова, и для Елены Сергеевны это был третий брак. Отец жены Булгакова Сергей Маркович Нюренберг был большим поклонником театра. Сам писал пьесы и организовал в Риге Театр русской драмы. Театралкой стала сестра Елены Сергеевны Ольга. Она с 1918 года служила в МХАТе, впоследствии была секретарём Владимира Немировича-Данченко. Ольга и рассказала своей младшей сестре Елене о молодом Булгакове. Елена Сергеевна видела спектакль «Дни Турбиных» и очень хотела познакомиться с этим молодым драматургом. В 1929 году они встретились у общих знакомых. Причём Елена Сергеевна не хотела приходить, но её завлекли тем, что будет в гостях Булгаков. За столом они оказались рядом.

— Она была в шёлковом платье, и на рукаве у неё развязалась завязочка этого платья, – говорит Елена Алёхина. – Она попросила своего соседа по столу Михаила Афанасиевича завязать ей эту завязочку, одной рукой она сделать этого не могла. Булгаков потом говорил, что завязочку он завязал, но на всю жизнь она привязала его этой завязочкой к себе.

Елена Сергеевна говорила: «Мы обвенчались в ЗАГСе». В тот день у Булгакова во МХАТе была репетиция. Он написал режиссёру записку, что просит отпустить его сегодня пораньше, потому что сегодня у него «венчание в ЗАГСе». С октября 1932 года до смерти Булгакова в 1940 они прожили вместе.

Этому «венчанию» предшествовал тяжёлый развод Елены Сергеевны с известным военным деятелем Евгением Шиловским. Тот даже грозил самоубийством. Дело в итоге разрешили миром. Детей поделили между собой: старший остался с отцом, а младший, Сергей, с матерью. По словам Алёхиной, Серёжу Шиловского Булгаков воспитал как своего сына. У них были очень тёплые отношения, и Булгаков многому его научил. Серёжа звал его Потапом.

— Елена Сергеевна полностью вошла в литературную работу Булгакова, – говорит исследовательница. – Она всё печатала на машинке. Если Булгаков свои рукописи уничтожал, то она собирала каждую бумажку, благодаря чему сохранилась значительная часть архива Булгакова. Сохранились её дневники с 1932 года и до конца жизни Булгакова.

Интересно, что Елена Сергеевна уже в 1960-е годы переписала свой дневник. Отредактированный вариант был издан при её жизни. Таким образом мы имеем уникальный документ под названием «Дневник Елены Сергеевны Булгаковой» – тот, который она писала в реальности по ходу событий, и тот, который она переписала под конец своей жизни.

— Этот документ абсолютно безэмоциональный. Она пишет в основном назывными фразами, очень кратко, выдержано. Редко встречаются всплески. Очень тактичное отношение даже к недругам. Тем не менее, она очень чётко фиксировала все события в жизни Булгакова по дням, даже по часам, – отмечает Алёхина.

Ещё одним источником информации служат письма Булгакова к ней летом 1938 года. В них он подробно пишет о работе над романом «Мастер и Маргарита». Роман Булгаков начал писать в 1929 году. У него было несколько редакций. Первую он уничтожил. Были разные названия, вставлялись последующие сюжеты. В октябре 1937 года Елена Сергеевна фиксирует в дневнике название романа – «Мастер и Маргарита». В 1937 году Булгаков нарисовал слово «Конец». А в 1938 году, когда Елена Сергеевна с сыном Серёжей уехала в Лебедянь, Булгаков взялся за переделку этого романа. Печатала его сестра Елены Сергеевны Ольга Бокшанская. 24 июля 1938 года заканчивается печать последней редакции романа. Потом Булгаков начал его редактировать, но последнюю версию закончить не успел.

Елена Сергеевна была свидетельницей и создания последней пьесы Булгакова «Батум», главный герой которой — Сталин. Булгаков написал её к 60-летию вождя, которое пришлось на 1939 год. Еще в 1936-м Елена Сергеевна отмечает в дневнике: «Миша пишет пьесу о Сталине». Она считала, что эта пьеса будет пропуском Булгакова в новую литературную жизнь. В 1939 году пьеса была принята МХАТом, начала репетироваться, но была запрещена самим Сталиным. Когда Булгаков узнал, что запрет в театр пришёл лично от Сталина, он сказал жене: «Люся, он подписал мне смертный приговор».

Булгаков скончался на руках у Елены Сергеевны 10 марта 1940 года в возрасте 48 лет. До конца дней вдова писателя сделала всё, чтобы память о нём осталась навсегда. Символично, что она умерла в 1970 году, через день после просмотра фильма по пьесе Булгакова «Бег».

Источник: mk.ru

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *