Бродячая луна и мир вверх тормашками: в Москве открылась фотобиеннале

Бродячая луна и мир вверх тормашками: в Москве открылась фотобиеннале

Герои андеграунда и неоавангард

14-я по счету фотобиеннале, открывшаяся в Мультимедиа Арт Музее, получилась ностальгической. И кажется, дело не только в том, что полгода назад музей перешагнул 25-летний рубеж, а что цикл выставок открылся в день рождения основательницы и бессменного директора МАММ Ольги Свибловой. Быть может, именно сейчас, когда так сложно смотреть в будущее, важно оглядываться в прошлое, анализировать его и заново переживать. Важная психотерапевтическая практика — чтобы не потерять себя в сложном настоящем и не страшиться туманного будущего.

«Мой личный динозавр».

Фото: Мария Москвичева

По стенам первого этажа развешаны снимки с разных вернисажей. В фокусе — зрители, много молодых людей, стильных, разных, улыбающихся, которые в своих неординарных нарядах, движениях, эмоциях сами как арт-объекты. Отсюда перемещаемся в экспозицию, посвященную истории музея, рассказанную через репортажи и отзывы. Здесь художники, фотографы, кураторы, участники арт-процесса и, конечно, Ольга Свиблова — как мотор, заводящий арт-движение, искусство фотографии и мультимедиа не один десяток лет.

Музей открылся в 1996 году и тогда назывался Домом фотографии. Это был первый музей с такой специализацией, возникший, когда еще не было понимания, что фотография может быть современным искусством, то есть высказыванием, особым языком, а не только способом фиксации момента или настроения. В том же 1996-м масштабно, с более чем 90 выставок, стартовала и первая Фотобиеннале. С годами смотр расширял границы, отвечая вызовам времени и движению искусства, что привело к изменению названия музея — он стал мультимедийным, ведь технологии ушли вперед, а искусство стало междисциплинарным. Вехой в истории музея стало появление отдельного здания на Остоженке. Кстати, о том этапном событии зрителям рассказывает цитата из моей статьи в «МК» за 6 октября 2010 года.

Остальные выставки тоже во многом ностальгические и, конечно, с подтекстом. Леонид Тишков — не просто художник, а настоящий волшебник — представляет проект «Ближе Луны только звезды». Поэтичный образ Луны, которую художник то укрывает одеялом, то кормит яблоками, то разглядывает, как с подругой, ночное небо, впервые был показан в 2003 году на фестивале «Арт-Клязьма» (которого давно нет), а спустя два года — в МАММ. Позже «Частная Луна» побывала всюду — от Арктики до Новой Зеландии и стала брендом. Впрочем, на выставке Тишкова есть и другие его известные работы. Например, дома-скитальцы, созданные из черного хлеба среди сугробов из соли. А особое место в экспозиции заняла «Машина желаний» — механическая звезда, которая в самый неожиданный момент падает посреди импровизированной пустыни. Каждый поймавший заветный миг может загадать желание. Не успел — жди, звезда снова упадет для тебя.

Дома-скитальцы Тишкова.

Фото: Мария Москвичева

Этажом выше — выставка признанного классика и руководителя мастерской в школе Родченко Игоря Мухина «Москва–Париж–Вена», которая переносит нас в три города конца 1990-х — начала 2000-х. Между жителями этих городов как будто нет особой разницы, фотограф поймал то общее, что объединяло на рубеже веков молодежь мегаполисов. Это любовь и страсть к жизни — как главный фундамент будущего, который постоянно испытывает на прочность болезненное настоящее.

Смысловое продолжение на выставке «Было — Стало» яркого представителя неоавангарда Валерия Юрлова (род. в 1932-м). В центре его внимания — предметный мир: целое яблоко — рядом откусанное, целая керамическая плитка — и разбитая, яркие точки в свободном пространстве — и они же в черном тупике, лаконичный монумент из серого мрамора — и куча черной глины с красной дырой посредине. Пластическая формула Юрлова, найденная им еще в конце 1960-х, остро работает и сегодня.

Две серии Габриэле Галимберти, лауреата премии World Press Photo 2021 года, посвящены уровню внутренней тревоги и в прямом смысле слова иллюстрируют идиому «скелет в шкафу». Первая серия — «Домашняя аптека» — показывает людей из разных стран рядом с лекарствами, которые у них всегда под рукой. У одних запасы на все случаи жизни, другие верят в целительную силу природы, а у кого-то просто нет денег на таблетки. Домашняя аптечка здесь как документальная психология, по ней можно судить о каждом в отдельности и обществе в целом. Вторая серия — «Мой домашний динозавр» — демонстрирует новый тренд среди состоятельных людей на скелеты доисторических животных. Почему останки появляются в домашних интерьерах — глубинный вопрос с индивидуальными предпосылками, который касается и прошлого, и будущего. 

Частная Луна.

Фото: Мария Москвичева

А финал возвращает нас к началу — в «Сказку о потерянном времени». На снимках классика Сергея Борисова, который участвовал еще в первой фотобиеннале 1996 года, запечатлены герои андеграунда 1980–1990-х годов — Борис Гребенщиков, Алла Пугачева, Виктор Цой, Владимир Высоцкий, Андрей Вознесенский, Анатолий Зверев, Тимур Новиков и многие другие. Это время, когда неофициальное искусство выходило из подполья, а общество заново осознавало себя. Тогда Ольга Свиблова снимала документальные фильмы вроде «Черного квадрата» (о неофициальном искусстве 1960–1980-х), и до музея было еще далеко. Снимки Борисова — тоже документалистика, фиксирующая время живой свободной энергией, где есть сегодня, а «завтра может вообще не быть», как писал свидетель времени, критик Александр Раппапорт. А что сейчас? Ответ у молодого фотохудожника Дмитрия Булина «Codex Rescriptus», выставка которого отсылает к древнегреческому слову «палимпсест» — в древности так обозначалась рукопись, написанная на пергаменте, уже бывшем в употреблении. Автор обращается к сюжетам Возрождения, чтобы поговорить о «мире вверх тормашками» и «красоте на 5 долларов»… 

Нейросеть дорисовала картины да Винчи, Репина, Айвазовского: примеры необычных работ

Смотрите фотогалерею по теме

Источник: mk.ru

Похожие записи